Аристотель — Поэтика: Трагедия: ее элементы (1449b30)

Перевод М. Гаспарова

<Трагедия: ее элементы.>
[b30] А так как подражание производится в действии, то по необходимости первою частью трагедии будет <1> убранство зрелища, затем <2> музыкальная часть и <затем, 3> речь; именно этими средствами и производится подражание. [b34] Под речью я имею в виду метрический склад, а что значит музыкальная часть, вполне ясно <и без объяснений>.

[b36] Далее, так как <трагедия> есть подражание действию, а действие совершается действующими лицами, которые необходимо должны быть каковы-нибудь по характеру и <образу> мыслей (ибо только поэтому мы и действия называем каковыми-нибудь), то естественно являются две причины действий, <4> мысль и <5> характер, в соответствии с которыми все приходят или к удаче или к неудаче. [50a3] А само подражание действию есть <6> сказание. В самом деле, сказанием (μΰθος) я называю сочетание событий (σύνθησις των πραγμάτων), характером — то, что заставляет нас называть действующие лица каковыми-нибудь; а мыслью — то, в чем говорящие указывают на что-то <конкретное> или выражают <общее> суждение.

[a8] Итак, во всякой трагедии необходимо должно быть шесть частей, соответственно которым она бывает какова-нибудь: это сказание (μΰθος), характеры (’ήθη), речь (λέξις), мысль (διάνοια), зрелище (ǒφις) и музыкальная часть (μέλος). [a10] К средствам подражания относятся две части, <речь и музыкальная часть>; к способу — одна, <зрелище>; и к предмету три, <сказание, характеры, мысли>; помимо же этих, <других частей> нет. [a12] Можно сказать, что этими частями пользуются не немногие из поэтов, <но все>, потому что всякая <трагедия> включает зрелище, характер, сказание, речь, напев и мысль.

Перевод В. Аппельрота

А так как подражание производится в действии, то первою по необходимости частью трагедии будет декоративное украшение, затем музыкальная композиция и словесное выражение, так как в этом именно совершается подражание. Под словесным выражением я разумею самое сочетание слов, а под музыкальной композицией — то, что имеет очевидное для всех значение. Так как, далее, она есть подражание действию, а действие производится какими-нибудь действующими лицами, которым необходимо быть какими-нибудь по характеру и образу мыслей (ибо через это мы и действия называем какими-нибудь), то естественно вытекают отсюда две причины действий — мысль и характер, благодаря которым все имеют либо успех, либо неудачу.

Подражание действию есть фабула; под этой фабулой я разумею сочетание фактов, под характерами — то, почему мы действующих лиц называем какими-нибудь, а под мыслью — то, в чем говорящие доказывают что-либо или просто высказывают свое мнение.

Итак, необходимо, чтобы в каждой трагедии было шесть частей, на основании чего трагедия бывает какою-нибудь. Части эти суть: фабула, характеры, разумность, сценическая обстановка, словесное выражение и музыкальная композиция. К средствам подражания относятся две части, к способу — одна и к предмету — три; помимо же этих, других частей нет. Этими частями пользуются, к слову сказать, не немногие из поэтов, <но все>; всякая трагедия имеет сценическую обстановку, характер, фабулу, словесное выражение, музыкальную композицию, а также и мысли.

Перевод Н. Новосадского

Так как воспроизведение совершается действием, то прежде всего некоторой частью трагедии непременно является украшение сцены, затем — музыкальная композиция и текст. Этими средствами совершается воспроизведение (действительности). Текстом я называю самое сочетание слов, а что значит «музыкальная композиция» — ясно всем.

Так как трагедия есть воспроизведение действия, а действие совершается какими-нибудь действующими лицами, которые непременно имеют те или другие качества характера и ума, и по ним мы определяем и качества действий, то естественными причинами действий являются две: мысль и характер. И соответственно им все достигают или не достигают своей цели.

Воспроизведение действия — это фабула. Фабулой я называю сочетание событий. Характером — то, на основании чего мы определяем качества действующих лиц. Мыслью — то, посредством чего говорящие доказывают что-нибудь или просто выражают свое мнение.

Итак, в каждой трагедии непременно должно быть шесть (составных) частей, соответственно чему трагедия обладает теми или другими качествами. Эти части: фабула, характеры, мысли, сценическая обстановка, текст и музыкальная композиция. К средствам воспроизведения относятся две части, к способу воспроизведения одна, к предмету воспроизведения три, и кроме этого — ничего. Этими частями пользуются не изредка, а, можно сказать, все поэты, так как всякая трагедия имеет сценическую обстановку, и характеры, и фабулу, и текст, и музыкальную композицию, и мысли.

Translated by W.H. Fyfe

Since the representation is performed by living persons, it follows at once that one essential part of a tragedy is the spectacular effect, and, besides that, song-making and diction. For these are the means of the representation. By «diction» I mean here the metrical arrangement of the words; and «song making» I use in the full, obvious sense of the word. And since tragedy represents action and is acted by living persons, who must of necessity have certain qualities of character and thought — for it is these which determine the quality of an action; [1450a][1] indeed thought and character are the natural causes of any action and it is in virtue of these that all men succeed or fail — it follows then that it is the plot which represents the action. By «plot» I mean here the arrangement of the incidents: «character» is that which determines the quality of the agents, and «thought» appears wherever in the dialogue they put forward an argument or deliver an opinion.

Necessarily then every tragedy has six constituent parts, and on these its quality depends. These are plot, character, diction, thought, spectacle, and song. Two of these are the means of representation: one is the manner: three are the objects represented. This list is exhaustive, and practically all the poets employ these elements, for every drama includes alike spectacle and character and plot and diction and song and thought.

Translated by S.H. Butcher

Now as tragic imitation implies persons acting, it necessarily follows in the first place, that Spectacular equipment will be a part of Tragedy. Next, Song and Diction, for these are the media of imitation. By ‘Diction’ I mean the mere metrical arrangement of the words: as for ‘Song,’ it is a term whose sense every one understands.

Again, Tragedy is the imitation of an action; and an action implies personal agents, who necessarily possess certain distinctive qualities both of character and thought; for it is by these that we qualify actions themselves, and these-thought and character-are the two natural causes from which actions spring, and on actions again all success or failure depends. Hence, the Plot is the imitation of the action — for by plot I here mean the arrangement of the incidents. By Character I mean that in virtue of which we ascribe certain qualities to the agents. Thought is required wherever a statement is proved, or, it may be, a general truth enunciated. Every Tragedy, therefore, must have six parts, which parts determine its quality — namely, Plot, Character, Diction, Thought, Spectacle, Song. Two of the parts constitute the medium of imitation, one the manner, and three the objects of imitation. And these complete the fist. These elements have been employed, we may say, by the poets to a man; in fact, every play contains Spectacular elements as well as Character, Plot, Diction, Song, and Thought.

Translated by I. Bywater

I. As they act the stories, it follows that in the first place the Spectacle (or stage-appearance of the actors) must be some part of the whole; and in the second Melody and Diction, these two being the means of their imitation. Here by ’Diction’ I mean merely this, the composition of the verses; and by ’Melody’, what is too completely understood to require explanation. But further: the subject represented also is an action; and the action involves agents, who must necessarily have their distinctive qualities both of character and thought, since it is from these that we ascribe certain qualities to their actions. There are in the natural order of things, therefore, two causes, Character and Thought, of their actions, and consequently of their success or failure in their lives. Now the action (that which was done) is represented in the play by the Fable or Plot. The Fable, in our present sense of the term, is simply this, the combination of the incidents, or things done in the story; whereas Character is what makes us ascribe certain moral qualities to the agents; and Thought is shown in all they say when proving a particular point or, it may be, enunciating a general truth. There are six parts consequently of every tragedy, as a whole, that is, of such or such quality, viz. a Fable or Plot, Characters, Diction, Thought, Spectacle and Melody; two of them arising from the means, one from the manner, and three from the objects of the dramatic imitation; and there is nothing else besides these six. Of these, its formative elements, then, not a few of the dramatists have made due use, as every play, one may say, admits of Spectacle, Character, Fable, Diction, Melody, and Thought.

Traduction Ch. Emile Ruelle

IV. Mais, comme c’est en agissant que (les poètes tragiques) produisent l’imitation , il en résulterait nécessairement que l’ordonnance du spectacle offert est la première partie de la tragédie; vient ensuite la mélopée et, enfin, le langage parlé, car tels sont les éléments qui servent à produire l’imitation.

V. J’entends par «langage parlé» la composition des mètres, et par «mélopée» une chose qui possède en soi une valeur évidente pour tout le monde.

VI. Maintenant, comme l’imitation a pour objet une action et qu’une action a pour auteurs des gens qui agissent, lesquels ont nécessairement telle ou telle qualité, quant au caractère moral et quant à la pensée (car c’est ce qui nous fait dire que les actions ont tel ou tel caractère), il s’ensuit naturellement que deux causes déterminent les actions, savoir : le caractère moral et la pensée; et c’est d’après ces actions que tout le monde atteint le but proposé, ou ne l’atteint pas.

VII. Or l’imitation d’une action, c’est une fable; j’entends ici par «fable» la composition des faits, et par «caractères moraux» (ou moeurs) ceux qui nous font dire que ceux qui agissent ont telle ou telle qualité; par «pensée», tout ce qui, dans les paroles qu’on prononce, sert à faire une démonstration ou à exprimer une opinion.

VIII. Il s’ensuit donc, nécessairement, que toute tragédie se compose de six parties qui déterminent son caractère; ce sont: la fable, les moeurs, le langage, la pensée, l’appareil scénique et la mélopée.

IX. Deux de ces parties concernent les moyens que l’on a d’imiter; une, la manière dont on imite; trois, les objets de l’imitation; puis c’est tout.

X. Un grand nombre d’entre eux ont employé ces formes; et, en effet, tout (poème tragique) comporte en soi de la même façon un appareil scénique, un caractère moral, une fable, un langage, un chant et une pensée.