От культа к гражданскому почитанию: значение Ленина для современного государства и общества
head
Филология
Philologia
Главная · Карта. Поиск · Параллельный корпус переводов «Слова о полку Игореве» · Поэтика Аристотеля · Personalia ·
· Семинар «Третье литературоведение» · «Диалог. Карнавал. Хронотоп» · Филологическая библиотека · Евразийские первоисточники ·
· «Назировский архив» · Лента филологических новостей · Аккадизатор · Транслитер · TeX · О слове «Невменандр» ·
Филология. Лингвистика. Литературоведение
К странице Рустема Вахитова

От культа к гражданскому почитанию: значение Ленина для современного государства и общества

От культа к гражданскому почитанию:

значение Ленина для современного государства и общества


1.

Взрыв памятника В. И. Ленину в Санкт-Петербурге, который произошёл незадолго до годовщины со дня его рождения — не случайность. Это закономерное следствие активнейшей кампании по развенчанию советского культа Ленина, начавшейся в годы перестройки. Культ Ленина возник в нашей стране в 1920-е г.г. (заметим, вопреки воле самого В. И. Ленина), а после его смерти стал одной несущих конструкций официальной пропаганды СССР. В рамках этого культа Ленин представал как сверхчеловек, пришедший на землю для того, чтобы спасти трудящихся России и мира от царства зла и открыть им путь к вечному счастью. Несмотря на то, что идеология этого культа использовала терминологический инструментарий марксизма, она по сути противоречила ему. Марксизм — это западная сциентистская философия истории, которая как раз отличается тем, что отрицает сколько-нибудь значительное влияние отдельной личности на исторический процесс и видит причины его развития в объективных законах социума. Любопытно, что на это указывал и сам В. И. Ленин, так в 1920-х г.г. Ленин возмущался в разговоре с большевиком П. Лепешинским: «…Пишут обо мне, что я — такой-сякой, все преувеличивают, называют меня гением, каким-то особым человеком, вот здесь какая-то мистика… Коллективно хотят, требуют, желают, чтоб я был здоров… Так, чего доброго, пожалуй, доберутся до молебнов за мое здоровье… Ведь это ужасно!… И откуда это? Всю жизнь мы идейно боролись против возвеличивания личности, отдельного человека, давно порешили с вопросом героев, а тут вдруг опять возвеличивание личности! Это никуда не годится!». Обратим внимание на то, что Ленин возмущен его возвеличиванием не только из скромности, как это привыкли трактовать в советской лениниане. Ленин указывает на то, что этот культ противоречит марксистскому учению о личности политика как выразителе интересов социальных групп, по его мнению, этот культ возрождает теории народников о герое и толпе.

В действительности причиной этого было даже не влияние народнической идеологии, ведь возник он не в среде интеллигентов-революционеров. Культ Ленина формировался стихийно, по инициативе «низов», солдат, крестьян, молодых рабочих, недавно перебравшихся в города. Нельзя, конечно отрицать, что при жизни Ленина в советской России было немало его врагов и недоброжелателей из самых разных слоев общества, но по утверждениям историков, было также устойчивое стремление простонародья все положительное связывать именно с образом Ленина. Даже во время Кронштадского мятежа из кабинетов партработников матросы и солдаты выбрасывали портреты Троцкого, но оставляли портреты Ленина и распространяли слух, что Троцкий издал приказ арестовать Ленина. В деревне портреты Ленина ставили на место икон, в «красном углу», этими портретами благословляли новобрачных, с ними провожали в армию. После смерти Ленина среди крестьян ходили слухи, что Ленина уморили Троцкий и «коммунисты» за то, что Ленин узнал о страданиях народа и сочувствовал ему (противостояние «большевиков» и «коммунистов» как русской народной антирусской, антинародной сил было свойственного для «низов» революции).

Наконец, в 1930-х в разгар коллективизации среди крестьян центра России ходили слухи о том, что Ленин … воскрес и скоро возглавит борьбу против «коммунистов», создающих колхозы (об этом пишут специалисты по русскому фольклору ХХ века).

Подобная мифологизация образа В. И. Ульянова-Ленина была вполне закономерной. Русские марксисты пришли к власти в стране, где к моменту революции более 80% населения были крестьянами — представителями особой крестьянской цивилизации, которая сохранила дух древних земледельческих культов, смешавшихся с идеями церковного христианства. Для русских традиционных крестьян характерно было отождествлять идеального царя со своеобразным не церковным, а «крестьянским Христом», который любит свой народ, приходит ему на помощь и принимает страдания и смерть за него, но и смерть над этим царем не властна, народ знает, что в нужный момент он воскреснет и снова придет на помощь. Биография Ленина была переосмыслена российским традиционным сознанием именно в этом ключе, и каждый ее элемент и персонаж получил свое сакральное значение. Мать Ленина, которая по случайности тоже звалась Марией, приобрела черты Богородицы, старший его брат Александр — казненный участник неудавшегося народовольческого покушения на царя представал как Предтеча, предшествующий Спасителю и нашедший смерть от слуг царя Ирода, ранение Ленина и его мучительная смерть переосмысливались как своеобразные муки Спасителя. Нахождение тела Ленина в Мавзолее и его «нетленность» означали, что Ленин жив и в момент, когда народ снова будет нуждаться в нем, воскреснет.

Естественно среди советских горожан это квазирелигиозное почитание Ленина имело не столь наивные и очевидные формы, но и тут оно было обставлено специальными ритуалами, напоминающими религию. Появилась традиция паломничества в Мавзолей, портреты Ленина и других вождей несли на демонстрациях как иконы во время крестного хода, к его памятникам приходили поклониться в официальные праздничные дни (причем, стихийно без воли властей сложилась народная традиция посещать памятники Ленина и во время свадьбы, возложение к ним цветов новобрачными интуитивно понималось как ритуал, обеспечивающий счастливое супружество). При приеме в октябрята, пионеры и комсомол клялись именем Ленина, труды Ленина должны были изучать все школьники и студенты, они были на свободном доступе во всех библиотеках, более того, был «Ленинский зачет»: в тетрадь с портретом Ленина каждый студент и школьник записывал план своих обязательств на год. Примеры можно продолжать, но суть понятна.

Вплоть до 1970-х годов культ Ленина находил совершенно искрений отклик у народа. Только, когда стали вырастать новые урбанистические поколения, оторванные от крестьянской традиции дедов и прадедов, в их среде этот культ начинает приобретать черты казенных и официальных ритуалов. И в это время вдруг разразилась перестройка и тысячи журналистов, писателей, актеров, идеологов, ученых, которые активно участвовали в насаждении культа Ленина, стали его не менее активно развенчивать. Но эти борцы с культом не сумели произвести взвешенный, объективный, свободный от эмоций анализ роли Ленина в российской истории. Вместо этого они вывернули наизнанку тот самый культ, который они недавно еще сами несли в массы, заменив в нем все оценки на противоположные. Прекрасный светлый полубог, спаситель мирового пролетариата от адских мук капитализма превратился в злобного демона, принесшего россиянам лишь неисчислимые страдания. Если в прежние времена с Лениным связывали все положительное, что было в советской истории, то теперь стали связывать все отрицательное. Даже для неспециалиста в области истории очевидно, что это грубейшая фальсификация. Так, если говорить о жестокостях времен гражданской войны, то, во-первых, они были свойственны для всех сторон гражданского противостояния, и во-вторых, лично Ленин мог бы нести ответственность лишь за малую часть красного террора, так как особенность гражданской войны в том и состоит, что центральная власть настолько слаба, что ее влияние не распространяется на многие регионы страны, даже формально от нее не отколовшиеся.

Впрочем, оставим выяснение этих тонкостей профессиональным историкам. Для нас важна лишь констатация самого факта, что в годы перестройки и первые годы постсоветской либерализации был создан новый «черный культ Ленина», который был и остается таким же искажением реальной исторической фигуры Ленина как и его советский светлый культ. Тем не менее основные положения этого культа были внедрены в общественное сознание, причем, не без помощи российского государства, а именно — государственных телекомпаний, издательств, вузов.

Казалось бы, если отвлечься от отдельных эксцессов вроде упомянутого взрыва, ничего фатального в этом нет. Слишком близки еще советские времена, чтоб от всенародного и государственного обожествления Ленина вдруг как по волшебству перейти к взвешенному анализу. Должно пройти время, должны улечься эмоции, наконец, должны, просто прийти на историческую сцену поколения, в которых культ Ленина не въелся с такой силой, что они к этому анализу не способы и лишь бросаются из крайности в крайность, как их отцы и деды. Все это отчасти верно, но меня беспокоит одно обстоятельство. Если мы пустим это все на самотек, оставим ситуацию вокруг образа Ленина как она есть, понадеявшись, что время все расставит по своим местам, мы подвергнем большой опасности российское государство и общество. Не боясь впасть в преувеличение я утверждаю, что образ Ленина имеет крайне важное значение для легитимизации того государства, в котором мы до сих пор живем, и если это государство само провоцирует демонизацию Ленина через принадлежащие ему СМИ, то оно может очень скоро горько об этом пожалеть.


2.

Давайте ответим на вопрос: когда возникло государство под названием «Российская Федерация», в котором мы живем? Многие считают, что в 1991 году после распада СССР, но это неверно. 25 декабря 1991 года Верховный Совет РСФСР утвердил закон, по которому РСФСР переименовывалась (курсив мой — Р.В.) в Российскую Федерацию (РФ). Начало закона так и звучало: «Верховный Совет РСФСР постановляет: 1. Государство Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР) впредь именовать Российская Федерация (РФ)». То есть в 1991 году РСФСР просто поменяла название, из которого были исключены слова «советская» и «социалистическая», в знак того, что российская республика изменила свой политический строй и государственную идеологию (впрочем, название РФ иногда применялось в делопроизводстве РСФСР и до 1991 года). Но никакого нового государства при этом не возникло. РФ сохранила все территории и границы РСФСР, весь ее промышленный и хозяйственный потенциал, вооруженные силы, МВД, спецслужбы и даже политическое руководство, так, президент РСФСР Б. Н. Ельцин, избранный по законам РСФСР, просто превращался в президента РФ со всеми имевшимися у него полномочиями. Кроме того, на территории РФ до 1993 года действовала Конституция РСФСР от 1978 года.

Итак, Российская Федерация является правопреемницей СССР, о чем первый президент России Б. Н. Ельцин проинформировал ООН и другие международные организации за день до утверждения закона о переименовании РСФСР — 24 декабря 1991 года. Это означает, что РФ как государство-правопреемник взяла на себя международные права и обязанности СССР как государства-предшественника, ликвидированного в результате Беловежского соглашения 1991 года (и это дает право нашему государству, например, иметь статус члена Совета Безопасности ООН, которое прежде занимал СССР). Но РФ не является правопреемницей РСФСР. В современном праве принято разграничивать правопреемство и континуитет (продолжательство). Континуитет (продолжательство) есть непрерывность существования государства как субъекта международного права. Отношения между РСФСР и РФ являют собой именно случай континуитета. Правовой акт о создании РСФСР никто не дезавуировал (в отличие от договора о создании СССР, которой был дезавуирован Ельциным, Кучмой и Шушкевичем — главами России, Украины и Белоруссии в 1991 году в Беловежской пуще). Таким образом, Российская Федерация есть то же самое государство, что и РСФСР, только под другим названием, с другим общественно-политическим и экономическим строем, другим гербом и гимном (хотелось бы добавить: другим флагом, но это не точно; триколор был утвержден как флаг России 1 ноября 1991 года, когда наша страна называлась еще РСФСР).

РСФСР же возникла 25 октября (7 ноября) 1917 года, когда II Всероссийский съезд советов утвердил свержение Временного правительства, совершенное Петроградским военно-революционным комитетом (куда входили большевики и анархо-коммунисты) в ночь перед открытием съезда, провозгласил Россию советской республикой и избрал ее правительство — Совет Народных Комиссаров во главе с В.И. Ульяновым-Лениным. Существуют попытки оспорить этот факт на том основании, что Совет народных комиссаров объявил себя временным рабоче-крестьянским правительством, которое будет существовать лишь до созыва Учредительного собрания. Отсюда делается вывод, что вплоть до разгона Учредительного собрания формально существовала Российская республика (Российская демократическая республика), которая была создана по решению Временного демократического Совета или Временного Совета Российской республики («Предпарламента») 1 (14) сентября 1917 года. Но очевидно, что 7 ноября произошла именно смена власти в России, центральная власть перешла из рук руководства Российской демократической республики — временного правительства и Временного Совета Российской республики (распущенного днем 25 октября (7 ноября)), сначала в руки Петроградского военно-революционного комитета, а затем в руки созданного II съездом советов Совнаркома. То есть непрерывность власти была нарушена, и 7 ноября 1917 года по решению II съезда советов было учреждено новое государство — российская советская республика.

Позже 18 (31) января 1918 года в «Декларации трудящегося и эксплуатируемого народа», принятой III съездом Советов и легшей в основу Конституции РСФСР от 1918 года, Российская советская республика была провозглашена федерацией, получила название РСФСР — Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика (слова «советская» и «социалистическая» в названии поменялись местами лишь в 1937 году). В декларации 1918 года говорилось: «Россия объявляется Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Вся власть в центре и на местах принадлежит этим Советам. Советская Российская Республика учреждается на основе свободного союза свободных наций, как федерация советских национальных республик». 30 декабря 1922 года РСФСР вошла в состав СССР, из которого она вышла 12 декабря 1991 года, войдя в состав СНГ.

Итак, мы с вами живем в республике, которая была провозглашена II Всероссийским съездом Советов 7 ноября 1917 года и первым руководителем которой был В. И. Ульянов-Ленин. Это исторический и правовой факт, который столь же непреложен, сколь и неочевиден для большинства современных россиян, в том числе и, к сожалению, для высших государственных лиц России. К сожалению, эта неосведомленность может сыграть со всеми нами злую шутку.


3.

В течение более чем 20 лет мы слышим бесчисленные заявления о том, что все действия В. И. Ульянова-Ленина были чередой кровавых преступлений, что вооруженное восстание 25 октября 1917 года было антигосударственным переворотом, что Советская власть, установившаяся на части территорий бывшей Российской Империи, была не властью государства, а бесчинством криминальных элементов, прикрывавшихся революционными органами. На деньги налогоплательщиков государственными организациями РФ (СМИ, вузы, школ, учреждения культуры) усиленно внушается гражданам РФ мысль о преступном характере деятельности В. И. Ульянова-Ленина, его соратников, возглавляемых ими институтов, как то ВКПБ, СНК, ВЧК-ГПУ, РККА и т.д. Делается это с таким размахом и с такой эмоциональностью, что приходится только удивляться, что еще так мало экстремистов, которые подрывают памятники Ленину.

Я никоим образом не отрицаю права граждан на высказывание моральной оценки самой фигуры В. И. Ульянова-Ленина, его политической деятельности, и идеологии, которую он исповедовал. Если уж на то пошло, я и сам не являюсь марксистом и мое отношение к нашему советскому прошлому, конечно, не отрицательное, но все же амбивалентное. Но согласимся, есть принципиальная разница между заявлениями, осуждающими с моральной точки зрения деятельность В.И. Ленина, и заявлениями, которые во-первых искажают исторические факты, и во-вторых отрицают законность образования, а значит, и существования самого государства, в которым мы живем.

Начнем с того, что легитимность любого государства при очень большом желании можно оспорить. Соединенные штаты Америки возникли в результате национально-освободительной войны бывших колоний Британской империи. С точки зрения законов Великобритании того времени Д. Вашингтон и другие отцы-основатели США были мятежниками и сепаратистами. Современная французская республика восходит к республике Робеспьера, Марата и Дантона, казнившей короля и королеву и уничтожавшей аристократов. С точки зрения законов Французского королевства они все преступники. Увы, история не подчиняется принципам права, так же как реальная жизнь не подчиняется правилам вежливости, как бы мы ни желали обратного. Легитимным любое государство делает прежде всего его политическая жизнеспособность. Если какая-либо власть добьется своего установления на определенной территории, утвердит на этой территории систему законов, сумеет себя защитить в борьбе с другими государствами, наконец, добьется признания себя как субъекта международного права, то она де факто легитимна. Конечно, это невозможно без поддержки значительной части населения, причем, поддержка эта не означает страстной любви, а лишь подразумевает лояльность, признание этой власти как минимум меньшим из зол. В этом смысле РСФСР возникла вполне легитимно. 2 съезд советов, учредивший ее представлял значительную часть населения России (на нем было 649 делегатов представлявших 402 совета, которые в отличие от комиссаров временного правительства были реальной властью на местах). Гражданская война показала, что большая часть населения России выступила за власть Советов. Безусловно, огромные массы населения, например, почти все крестьянство были недовольны многим в политике большевиков (например, продразверстской), но во-первых, опыт показал, что власть «белых» еще меньше устраивала крестьян, так как на территориях, занятых белыми, земли, отданные крестьянам по «Декрету о земле», под разговоры о непредрешенчестве и восстановлении законности стали возвращать помещикам, и во-вторых большевики показали свою гибкость и способность идти навстречу крестьянам, когда заменили подразверстку продналогом.

Более того, на строну большевиков перешли многие офицеры даже генералы имперской Российской армии во главе с легендарным генералом А. Брусиловым, когда выяснилось что большевики, выступившие как интернационалисты собирают земли бывшей империи, то есть выполняют обещания патриотов, а белые, выступившие как патриоты превратились в марионетки в руках своих зарубежных «союзников», стремившихся к контролю над Россией. Наконец, всесторонняя поддержка Советской власти подавляющим большинством населения страны и частью эмиграции (десятки тысяч инженеров, врачей, экономистов и прочих специалистов-«сменовеховцев» вернулись в начале 1920-х г.г. в СССР, признав большевиков российской национальной властью для помощи Родине в период кризиса) сделала возможной победу над разрухой, стабильное развитие СССР и его международное признание.

Как видим, рассуждения о нелегитимности РСФСР и СССР противоречат историческим фактам. Но они еще политически вредны и опасны. Из них следуют вполне конкретные политические выводы. Прежде всего — необходимость ликвидации РФ, расформирования ее руководящих органов, вооруженных сил, МВД, спецслужб, необходимость учреждения нового государства. Причем, если РСФСР (РФ) признать преступным режимом, то преемственность с нею, равно как и СССР, невозможна. Это значит, что новое российское государство лишится места в Совете Безопасности ООН, встанет вопрос о границах с другими государствами, возникнет проблема сепаратизма, так как в нашей стране живут множество национальностей. Наконец, признание преступности режима СССР и коммунистической идеологии повлечет за собой запрет занимать государственные должности бывшим участникам российских государственных организаций, спецслужб, милиции и т.д., то есть значительной части политически активных и обладающих опытом госслужбы граждан. Все это, возможно, сейчас кажется слишком гипотетичным, но через 15–20 лет, когда старшее поколение станет уходить, и большинство населения страны будет составлять поколение, которое со школьной скамьи впитало идеи Сванидзе и Новодворской о преступности деятельности Ленина и советского государства, все кардинально изменится. И не исключено, что этим воспользуются наши геополитические оппоненты…

В период тяжелейших потрясений для нашей страны, в 1990-е годы, было сохранено государство созданное в 1917 году (хотя изменился его политический строй, экономический уклад и идеология). Удалось избежать того кровавого хаоса, который обязательно сопровождает безвластие — состояние после уничтожения одного государства и до создания другого. Фактически такое состояние тождественно гражданской войне, а в стране, имеющей ядерное оружие, такая война самоубийственна.

Конечно, Ельцин и компания младореформаторов, сохранили РСФСР не потому, что они пылали любовью к нашему советскому прошлому. Ими двигали корыстные побуждения: упразднение РСФСР и десоветизация означали бы для них потерю власти (вспомним, как быстро и тихо Ельцин свернул начатый с помпой суд над КПСС, когда понял, что лично для него как для бывшего высокопоставленного функционера КПСС будет означать признание Конституционным судом КПСС преступной организацией). Как говорится, нет худа без добра, неприглядные мотивы руководства помогли избежать геополитической и социальной катастрофы, гораздо более страшной, чем распад Советского Союза.


4.

Таким образом демонизация исторического образа Ленина не только антиисторична, но и неприемлема по политическим мотивам — как подрывающая легитимность существующего государственного строя и стабильность жизни общества. Но возвращение к тому культу Ленина, который был в СССР, также невозможно. Во-первых, как уже говорилось «светлый культ Ленина», объявляющий его добрым божеством, несущим народам счастье — такое же искажение исторической истины, как и современный «черный культ». Во-вторых, советский культ Ленина связан с особенностями мировоззрения традиционной крестьянской цивилизации на стадии ее модернизации, но к сегодняшнему дню эта цивилизация уже практически исчезла. В-третьих, он существовал в рамках монополии одной идеологии - марксизма-ленинизма, тогда как сегодняшнее российское общество полиидеологично, значительная часть современных россиян не являются ни коммунистами, ни марксистами и более того, даже могут относиться и относятся к этим идеям негативно. Поэтому почитать Ленина как борца за дело мировой революции и как лидера первого в мире социалистического государства они не станут. Но те из них, кто является патриотом России, кто любит свою великую Родину, желает ее государству и народу благополучия и силы, не могут отвернуться от Ленина как от российского государственного деятеля, основателя и первого руководителя той российской республики, в которой мы до сих пор живем, борца против иностранных интервентов, за свободу и независимость нашей Родины, которая в 1919–1920 г.г. сплотила коммунистов и сторонников русского национального дела, Ленина, Ворошилова, Буденного и Брусилова, Устрялова, Слащева. Они должны почитать Ленина как создателя СССР — геополитического наследника Российской империи. В заслугу Ленину российский патриот может также поставить заботу о российской науке, о российской школе и образовании, начало формирования системы социальной помощи — и все это в годы разора гражданской войны, страшнейшие для страны. Наконец, Ленин — один из творцов российского федерализма — гибкой системы управления государством, которая позволила учесть интересы других нерусских народов России и тем самым избежать угрозы взрыва этнонационализмов и распада России (а этот взрыв уже начинался в 1917–1918 г.г. и он грозил покончить с Россией).

При этом российский патриот может не разделять идеологических взглядов Ленина, критиковать его как гонителя религии, морально осуждать некоторые его поступки и действия на посту руководителя государства. Речь ведь идет не о культе личности Ленина, представлявшим его совершеннейшим сверхчеловеком — средоточием высшего добра и обладателем абсолютной истины, речь об общегражданском почитании сложного, неоднозначного, но важного для истории страны исторического деятеля. В странах Запада, переживших свои революции, такое общегражданское почитание революционных деятелей, стоявших у истоков государственности современного типа, и самих этих революций уже общепринято. Так, в современной Франции имя Робеспьера увековечено в названии одной из станций парижского метро. На бульваре Сен-Жермен в столице Франции стоит памятник Дантону (еще один памятник этому вождю революции есть на его родине — в Арси-сюр-об). В столице Франции есть площадь Республики, где находится женская статуя, символизирующая Французскую республику, и рядом еще три женские статуи с факелами - символы Свободы, Равенства и Братства — лозунга Французской революции. Сохранена и площадь Революции, на которой по решению революционного парламента прилюдно казнили короля Людовика XVI и его супругу Марию Антуанетту, только теперь эта площадь носит название площадь Согласия. А на площади, где была королевская тюрьма Бастилия, разрушенная революционным парижанами, каждое 14 июля — в день революции, ставший национальным праздником Франции, проводятся увеселительные мероприятия.

Между тем среди современных французов немало тех, кто осуждает Дантона и Робеспьера за развязанный ими террор, Католическая церковь до сих пор печатает списки жертв революционного террора. А уж сторонников идей революционеров — радикального руссоизма, кажется, во Франции уже и вовсе не осталось. Дантона и Робеспьера почитают не как руссоистов и даже не как революционеров, а как основателей первой Французской Республики, правопреемницей которой является нынешняя Пятая Республика, гражданское почитание их — долг, который французское республиканское государство несет перед своими основателями.

Точно таким же отцом-основателем современной российской республики был Владимир Ильич Ульянов-Ленин и потому он тоже заслуживает общегражданского государственного почитания в современной России. Оно должно выражаться в увековечивании его памяти (государство и общество должно само решить: каким образом это произойдет). Государство после консультаций с сообществом ученых и возможно, общенациональной дискуссии, должно выработать и устраивающий большинство и в то же время служащий укреплению государства стандарт исторической оценки Ленина, который должен войти в учебные программы школ, вузов и по возможности, должен найти отражение в СМИ, в произведениях литературы, тетра, кино и т.д. Речь не идет об ограничении свободы творчества и свободы мысли, ведь имеется в виду не навязывание ленинской идеологии, и даже не запрет на моральную критику Ленина и большевиков. Скажем, любой православный христианин как член церкви, деятелей которой расстреливали по приказу Ленина, не может воспринимать Ленина однозначно положительно. Но как гражданин государства Российская Федерация он вполне может почитать его. Здесь нет никакого противоречия. Христианин будет осуждать Ленина как воинствующего безбожника, а почитать его как государственного деятеля и основателя современной республиканской государственности (тем более, что митрополит Сергий признал Советскую власть гражданской российской властью и в 1920-е годы за Ленина и Совнарком молились как за российскую власть). Аналогичный прецедент имеется, скажем, в США, где первый президент США Джордж Вашингтон официально признан Конгрессом как «отец Отечества» и почитается в рамках государственного и гражданского патриотизма, что не мешает организациям чернокожих американцев критиковать его как рабовладельца, унижавшего достоинство афроамериканцев). Кроме того, было бы логичным праздник «День России», который правильнее именовать «День Российской Федерации», перенести с 12 июня на 7 ноября, так как 12 июня была всего лишь принята декларация о суверенитете РСФСР — сомнительный документ, запустивший механизм распада СССР, а 7 ноября — день образования советской республики, впоследствии получившей названия РСФСР и РФ.

О почитании Ленина не как коммуниста, а как великого российского государственного деятеля писали уже представители пореволюционного направления в первой эмиграции, то есть идеологи и мыслители, отрицавшие коммунизм, но принимавшие советскую революцию как единственную в той ситуации возможность избавить российскую государственность от застарелых болезней и возродить ее в еще большей мощи и славе. Так, Н. В. Устрялов — бывший высокопоставленный колчаковец, в 1920 году провозгласивший, что после иностранной интервенции долг каждого русского патриота встать под знамена большевиков, в статье на смерть В. И. Ленина проникновенно написал: «Пройдут годы, сменится нынешнее поколение и затихнут горькие обиды, страшные личные удары, которые наносил этот фатальный, в ореоле крови над Россией взошедший человек миллионам страдающих и чувствующих русских людей. И умрет личная злоба и «наступит история». И тогда уже все навсегда и окончательно поймут, что Ленин — наш, что Ленин — подлинный сын России, ее национальный герой — рядом с Дмитрием Донским, Петром Великим, Пушкиным и Толстым».

Будем же надеяться, что после десятилетий обожания и обожествления, очернения и демонизации, наконец, эмоции утихнут, разум возобладает и Ленин, действительно станет частью нашей истории — противоречивой, кровавой, но при этом величественной и суровой истории, каковой е может не быть история любой великой державы.


Рустем ВАХИТОВ
















11