head
Филология
Philologia
Главная · Карта. Поиск · Параллельный корпус переводов «Слова о полку Игореве» · Поэтика Аристотеля · Personalia ·
· Семинар «Третье литературоведение» · «Диалог. Карнавал. Хронотоп» · Филологическая библиотека · Евразийские первоисточники ·
· «Назировский архив» · Лента филологических новостей · Аккадизатор · Транслитер · TeX · О слове «Невменандр» ·
Филология. Лингвистика. Литературоведение

Борис Орехов — Типология филологических «антиответов»: фоновые знания и речевые регистры

header("Content-type: text/html; charset=utf8");

Орехов, Б. В. Типология филологических «антиответов»: фоновые знания и речевые регистры [Текст] / Б. В. Орехов // Культура без(с)словесности: филологиское образование в современном российском контексте. Материалы Всероссийской научной конференции, г. Воронеж, 9 октября 2008 г. / Под ред. доц. А. А. Житенева]. — Воронеж, 2008. — С. 13—16.

13


М. Л. Гаспаров в книге «Записи и  выписки» упоминает случай, который навёл его на следующие мысли: «Я подумал: вот какие бывают хозяйственные филологи: заметил то же, что и я, а сделал целую статью» [1: 133]. Нам также хотелось бы вести свои рассуждения, опираясь на тот материал, который знаком решительно всем практикующим педагогам, но который зачастую не выходит за рамки профессионального фольклора. Речь идёт о  неудачных и даже смешных ответах студентов на аттестационных мероприятиях (зачётах и экзаменах). Такие высказывания экзаменуемых мы называем «антиответами». С точки зрения «хозяйственного филолога»-преподавателя, антиответы вполне могут быть любопытным материалом для экспликации и  классификации встающих перед студентом-филологом типичных затруднений. Некоторая коллекция антиответов, звучавших на экзаменах и зачётах по преимущественно зарубежной литературе, собрана нами в  небольшой книжке [3]. На её основе мы и попытаемся построить схематичную и, без сомнения, требующую ещё множественных уточнений, типологию.

Прежде всего, следует оговориться, что эта коллекция собиралась вовсе не затем, чтобы поглумиться над незадачливыми студентами, как и, например, собирание текстов анекдотов, эксплуатирующих стереотипные представления об определённых социальных и этнических группах, не имеет целью опорочить честь и достоинство представителей этих групп. Сам процесс учёбы в вузе предполагает, что промахи будут обязательно, а избавленному от несовершенства человеку нечему и незачем учиться. Таким образом, речь идёт о некоторым образом естественных, а потому никак не располагающих к глумливому отношению предметах, а интерес к ним продиктован чисто академическими

14


задачами, хотя и нельзя скрыть, что отдельные экземпляры коллекции принесли составителю изрядное эстетическое удовольствие.

Самое общее деление, которому поддаётся коллекция антиответов, можно провести по стилистическому основанию. Значительная часть студентов оказывается не способной к переключению стилевого регистра в коммуникативной ситуации ответа на экзамене. Последняя подразумевает известную степень соответствия языка изложения статусу адресата высказывания и излагаемого материала. Нечувствительность к стилистическим требованиям речевого жанра ответа перед экзаменатором (что реже), либо невладение навыком переключения (что, как представляется, проявляет себя чаще) становится причиной такого рода высказываний: Агамемнон украл у  Ахиллеса его девушку, <относительно исхода Троянской войны:> предсказатели делали прогноз, выясняли, как кончится вся эта заваруха, я своей хозяйке Овидия читала, а она громко смеялась. Очень прикольный, трижды просит Оливье Роланда затрубить в чудесный рог Олифан, чтобы призвать на помощь Карла, Роланд трижды отказывается это сделать, не желая лохануться, в «Ипполите» Еврипида он женоненавистник, а у Расина милый, хорошенький такой и т. д. Эта группа неудачных высказываний не составляет количественного преимущества, но в целом довольно заметна на общем фоне. Очевидным образом слова «девушка» (Тонкость этого случая в том, что слово «девушка» в  значении ‘girlfriend’ совершенно неадекватно для описания отношений между Ахиллом и  Брисеидой, так что здесь помимо стилистической неудачи присутствует и искажение фактических данных), «заваруха», «прикольный» «лохануться», «хорошенький» никак не вписываются в дозволенный на экзамене лексический тезаурус.

Противопоставленную этой группу антиответов составляют те, в которых главной причиной неудачи становится не стилистически неадекватное высказывание, а искажение фактической информации, приводящее к причудливому сочетанию трудносочетаемого или комическому нонсенсу. Вследствие количественного преобладания и качественного разнообразия таких случаев имеет смысл представить их более дробную классификацию.

Подавляющее большинство здесь составляют случаи, спровоцированные сложностями с восприятием имён собственных и  терминов иностранного происхождения.

Имена собственные: греки стояли в  гавани Овидия, характерный пример эпического героя — Эсхил <Ахилл>, прорицатель Тирецкий <Тиресий> сообщил Эдипу волю богов, Иоксата <Иокаста>, Эдит <Эдип>, Офигенная <Ифигения>, Потрогал <Патрокл>, римский поэт Пропорций <Проперций>, Смори Стурлусон <Снорри Стурлусон>, Гейне родился в  Дюссельфорде, Жан-Батист Поклей <Паклен> (Удивительным и, конечно, никак не подразумевавшимся образом внутренняя форма этой

15


«фамилии» перекликается с главным занятием королевского обойщика, носившего её «прототип». Хотя строго говоря обои наклеивают только наши современники, во времена Мольера стены дворца именно обивались тканями.), трактат Мильтона «Аргеопатика», философская повесть Вольтера «Кандидат», Вольтер Скотт, Жермена Дасталь и др.

Термины иностранного происхождения: поэма написана дактилоскопическим гекзаметром, новоантическая комедия, — Что такое Треченто? — Какая-то личность. Я не узнавала его биографию, Петрарка много творил в жанре сонаты и др.

Легко увидеть в действии народную этимологию: миннезантропия и др. Причины востребованности этого приёма освоения заимствований очевидны: трудности, которые обнаруживают для нас антиответы этой группы, оказываются зачастую связаны с острой недостаточностью в  области фоновых знаний, необходимых для восприятия актуального материала. Данте подробно изучал и  современных, и отличных <античных> авторов. Не секрет, что современная школа часто даёт слабую подготовку будущему студенту, для которого слово «античный» может и не иметь адекватного смыслового наполнения.

Лакуны в фоновых знаниях рождают подчас чудовищные примеры модернизации и упрощения представлений о культурном и  материальном контексте эпохи: крестовые походы совершались для того, чтобы завоевать Прекрасную Даму, вассалы служили сюзеренам тем, что чистили им коней, Иенская школа — это такая школа, в которой преподавали братья Шлегели. Похожий трогательный пример представляет собой графическое, а не пространственное представление о расположении географических точек: Мавры — это на Аравийском полуострове, который напротив Африки.

Не очень большую, но, как нам кажется, требующую особого внимания группу, составляет нонсенс, рождающийся необдуманным употреблением (чаще всего — контаминацией) литературоведческих клише: раннее творчество Шекспира характеризуется оптимизмом веселых тонов. Надо сказать, что злоупотребление клише (среди которых самым раздражающим, пожалуй, является словосочетание-симулякр глубокий смысл <художественного текста>) вообще провоцирует студентов на центонное постижение теоретического материала и закрепление бессознательного стереотипа, что достаточным для ответа на экзамене является усвоение ряда ключевых терминов, введение их в активный словарный запас без цельного представления о  явлении, которые они могут описывать.

Благодаря сделанным обобщениям можно дать некоторые рекомендации, исполнение которых, возможно, минимизировало бы появление антиответов. Во-первых, современному студенту в некоторых случаях следует пояснять специфику речевого жанра ответа на экзамене. Не лишней представляется и практика обучения тому, как переключаться с разговорного на официальный академический стилистический ре-

16


гистр. Этому может быть посвящена часть времени, отводимого на предэкзаменационную консультацию.

Во-вторых, особое внимание следует уделить форме доведения до студента собственных имён и графического оформления терминов.

В-третьих, при изложении историко-литературного материала следует стараться исключать возможную модернизацию аудиторией представлений о предшествующих культурных эпохах, и, насколько лектор оказывается в силах, давать культурологические комментарии, которые бы акцентировали внимание на бытовых, ментальных и прочих различиях.

В-четвёртых, следует избегать устоявшихся клише, провоцирующих студента на автоматизм воспроизведения теоретического материала (почти только из таких асемантичных «пустышек» состоит учебник Зайцева и Герасименко [2], к которому читатель может обратиться за бесчисленными примерами решительно ничего не значащих высказываний, якобы характеризующих творчество писателей XX века).

Как кажется, нам удалось показать основные кризисные точки, обнаруживающие себя в неудачных студенческих ответах и  обозначить возможные пути решения проблем, хотя более пристальный взгляд, конечно, будет способен разглядеть в собранном материале гораздо больше полезного.

Литература


  1. Гаспаров М. Л. Записи и выписки. — М.: НЛО, 2001.
  2. Зайцев В. А., Герасименко А. П. История русской литературы второй половины XX века. — М.: Высшая школа, 2004.
  3. Орехов Б. В. Антиответы, или Как не надо отвечать на экзамене по зарубежной литературе. — Уфа: Вагант, 2008.