Михаил Назаренко — Эльфы и джентльмены
head
Филология
Philologia
Главная · Карта. Поиск · Параллельный корпус переводов «Слова о полку Игореве» · Поэтика Аристотеля · Personalia ·
· Семинар «Третье литературоведение» · «Диалог. Карнавал. Хронотоп» · Филологическая библиотека · Евразийские первоисточники ·
· «Назировский архив» · Лента филологических новостей · Аккадизатор · Транслитер · TeX · О слове «Невменандр» ·
Филология. Лингвистика. Литературоведение
Михаил Назаренко

Михаил Назаренко — Эльфы и джентльмены

Реальность фантастики. — 2006. — № 9. — С. 202–206.


Сюзанна КЛАРК. Джонатан Стрендж и мистер Норрелл. — М.: АСТ; Транзиткнига, 2006. — 893 с.

_"В конце 1110 г. на севере Англии появилась странная армия…"_ Не то странно, что пришла она из Волшебной Страны (_"воинство эльфов в те дни вовсе не было для Англии новостью"_), — но как ей _«удалось вторгнуться в хорошо защищенное христианское королевство, выиграть несколько битв и овладеть всеми крепостями, которые попадались на [ее] пути»_?

В конце 2004 г. лондонское издательство «Блумсбери» начало очередную атаку на читателей. Успех предыдущей кампании («Гарри Поттер») был несомненен, однако джентльмены отнюдь не намеревались почивать на лаврах. Имя Сюзанны Кларк было не вовсе неизвестно читателям, знакомым с полудюжиной ее рассказов, однако же совсем другое дело — роман; дебютный роман — классический, старинный, отменно длинный, длинный, длинный — и посвященный Славному Возрождению Английской Магии в начале XIX века, событию, о котором таинственным образом умалчивают историки. И вот такая-то книга имела успех оглушительный, и даже среди тех, кто магию отнюдь не жалует (т.е. среди литературных критиков, этого отвратительного, мелочного племени).

Роман «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» продавался чудо как хорошо, завоевал немало наград («Хьюго», «Локус», Всемирная и Мифопоэтическая премии фэнтези), получил множество восторженных рецензий, _etc, etc._ М-р Нил Гейман, одним из первых заметивший талант Кларк, провозгласил «Стренджа и Норрелла» «лучшим английским фантастическим романом за последние семьдесят лет».

Безусловно, книга всего этого заслуживает; почти всего. А провокатор Гейман (заставивший каждого рецензента говорить: «Нет, конечно, не лучший за 70 лет…») на самом деле имел в виду только одно: Сюзанна Кларк — достойная продолжательница традиции Хоуп Миррлиз, чей «Луд-Туманный» вышел в 1926 году и стал архетипической фэнтези о зыбкой границе между мирами людей и фейри". Под ее безусловным влиянием написаны такие вполне оригинальные романы, как «Маленький, большой» Джона Краули и «Звездная пыль» самого Геймана (о чем я писал в рецензии на последнюю книгу в июльской «РФ»).

Принадлежность к традиции вовсе не означает эпигонство; однако Сюзанна Кларк рискнула еще раз, уже не просто развивая классические темы, но откровенно стилизуя свой текст под романы Джейн Остин (вплоть до орфографии начала XIX века). И стилизация не режет слух; и книгу с удовольствием читают те, кто (подобно автору этих строк) Остин на дух не переносит.

О чем же, в конце концов, написан роман? «О сотрудничестве и соперничестве двух волшебников в Англии времен Наполеоновских войн»? Формально говоря — да. Король-ворон, человеческий детеныш, взращенный эльфами, явился в наш мир в начале XII века, правил триста лет и заложил основы английской магии. После же его ухода (не смерти, а исчезновения) волшебство начало приходить в упадок, и наконец в 1806 году, когда и начинается действие романа, магия стала досужей забавой праздных джентльменов: «заниматься магией» означало лишь «изучать деятельность магов Золотого века». Но случайно два участника Йоркского общества волшебников встречают неприметного мистера Норрелла, который объявляет себя _"вполне сносным практикующим чародеем"._

Что-либо говорить далее — излишне. Как мистер Норрелл помогал родине в войне с французами; как провинциал Джонатан Стрендж открыл в себе способности к магии; что означает древнее пророчество Короля-ворона о двух волшебниках и безымянном рабе; какую тайну хранил мистер Норрелл и каковы намерения «джентльмена с волосами, как пух чертополоха» (эльфа, который впервые за много веков оказал английскому волшебнику некую услугу)… Нет, не для того Сюзанна Кларк вела свое неспешное повествование, подбрасывая мелкие детали мозаики (даже историю Короля-ворона мы узнаем далеко не сразу и не полностью), чтобы безответственный рецензент испортил читателям удовольствие.

Дело не в том, что можно выболтать сюжет романа: аннотация к английскому изданию пересказывает почти две трети событий, отнюдь не мешая чтению. Главное в книге — не сюжет (хотя последние сотни страниц и читаются взахлеб), даже не герои, а мир. Англия.

Сюзанне Кларк удалось то, что, возможно, и составляет основу фэнтези: мир романа больше, чем сам роман. И — уже на сюжетном уровне — магия больше, чем волшебники.

_"- Небо говорило со мной! — повторил Чилдермас… Он хотел сказать, что если виденное им реально, то вся магия Стренджа и Норрелла — детская забава. Истинная магия куда серьезнее, опаснее и неожиданнее, чем они думают. Стрендж и Норрелл играют в дартс, кидая в мишень легкие дротики с бумажным опереньем, истинная же магия парит на мощных крыльях в бескрайнем небе"._

На вороновых крыльях.

Англия эпохи Регентства насквозь цитатна и поэтому весьма условна, хотя и зрима, и осязаема. Страна эльфов причудлива и вычурна. Но их пересечение — подчас неуловимое — настолько правдиво, что дух захватывает. Тем более, что граница между мирами подчас неощутима.

_"Свет был водянистый, тусклый, необыкновенно печальный. Вокруг поднимались унылые серые холмы, в кольце которых и лежало большое черное болото. Казалось, этот пейзаж создан нарочно, чтоб наводить тоску.

— Полагаю, это одно из ваших королевств, сэр? — спросил Стивен.

— Королевств? — удивился джентльмен. — О, нет! Мы в Шотландии!«_

Вот из таких мелочей и эпизодов и строится целое. Кларк сочетает повествование с бесчисленными сносками, отступлениями и подробностями, которые и создают б_о_льшую часть удовольствия от книги.

Юлий Цезарь, пребывая в Британии, помог эльфам рассудить запутанную судебную тяжбу, и его наградой стало исполнение любого желания. _»Немного подумав, Цезарь сказал, что хотел бы править миром. Это ему и обещали"_ мы-то знаем, что любой эльфийский дар таит ловушку — нужно ли объяснять, какую именно в данном случае?). Джентльмен с волосами, как пух чертополоха, разглагольствует о том, как в древности эльфы _"не раз оказывали помощь христианам в достижении великих и благородных целей — Юлию Цезарю, Александру Македонскому, Карлу Великому, Вильяму Шекспиру…"_ Рассказчица поясняет: _"Как мы называем все многочисленные племена и расы «эльфами», так и они обычно называют нас христианами…"_

Мир и стиль книги насквозь ироничны: редкая фраза Сюзанны Кларк содержит простое сообщение. Нет, обязательно будет некий выверт, то напускная серьезность, то лукавая усмешка. Вероятно, самый знаменитый диалог из романа:

_"- Может ли волшебник убить человека с помощью магии? — спросил лорд Веллингтон у Стренджа.

Стрендж нахмурился. Казалось, вопрос ему не понравился.

— Полагаю, волшебник может, — допустил он, — но джентльмен не станет"._

Всюду — ирония (не отменяющая серьезности: Стренджу придется вспомнить свой ответ Веллингтону во время битвы при Ватерлоо), за каждым поворотом — ловушки для читателей. Как заметил в своей рецензии Джон Клют, ход Наполеоновских войн в «Стрендже и Норрелле», _кажется_, точно такой же, как и в нашей истории; а вот то, что Байрон умирает (по причине эльфийской злокозненности) тремя годами раньше — заметит не каждый. Я не заметил.

Культурный пласт романа — особая тема и особое блюдо для гурманов. Джонатан Стрендж оказывается изображен на одном из «Капричос» Гойи (рисунок вполне реальный); сильные мира сего размышляют над тем, стоит ли привлекать авторов готических романов к составлению кошмаров, кои мистер Норрелл будет внушать Наполеону; Байрон — изображенный с замечательным сарказмом — вызывает недоумение Стренджа расспросами о вампирах.

Словом, книга — истинное удовольствие.

Но — не шедевр (каким могла стать).

Конечно, «Стренджу и Норреллу» свойственны многие огрехи дебютного романа: так, первый том представляет собой набор разрозненных эпизодов (которые потом послушно сойдутся в финале — и только в финале); многие сюжетные линии вяло повисают, а то и вовсе исчезают, как эльфы. Однако есть и более важный — неустранимый — недостаток.

Многие читатели полагают, что роман Кларк заставил даже тех, кто фэнтези терпеть не может, признать, что и в этом жанре может быть создана «Настоящая Литература». Я понимаю такое мнение, хотя не согласен с ним. Тех, кто не любит фэнтези, оттолкнет сама тема магии; но и не это главное. Я полагаю, что «Настоящая Литература» говорит нечто важное о человеческом бытии, задает вопросы, которых раньше никто не ставил; зачастую рисует яркие и сложные характеры. А в романе Сюзанны Кларк ничего этого нет. Именно так — ничего.

Книга герметически замкнута: это роман не о людях, но о магии. Сколько-нибудь разработанных характеров всего два — Стрендж и Чилдермас, слуга Норрелла, — причем оба в финальных эпизодах действуют совершенно неправдоподобно, подчиняясь сюжету (или даже Сюжету с прописной буквы), а не своей природе. О чем эта книга, кроме как о том, что английская магия вернулась в Англию? Роман — замечательная игрушка в человеческий, а порой и в сверхчеловечский рост; но игрушка. Есть исключения (битва при Ватерлоо; оживший пейзаж и говорящее небо); но только исключения.

Финал мог изменить многое — и я до сих пор не могу понять, удался ли он автору. С одной стороны — все сюжетные линии сводятся воедино очень изящно, и появление Короля-ворона вполне уместно. Но всё же…

Как и Хоуп Миррлиз, Кларк допускает одну очень серьезную ошибку: финал романа — не столько эвкатастрофа (счастливый конец с привкусом трагедии), сколько хэппи-энд. Злодеи получают своё (и очень убедительно — оба), хорошие парни — своё, заглавные герои — тем более (что, как я уже сказал, мне показалось не вполне достоверным). У Миррлиз, напомню, путешествие мэра Шантеклера в Волшебную Страну повлекло за собой заключение мирного договора и начало торговых отношений. Но в английском изводе Волшебной Стране не может быть справедливости и счастливых концов! Джентльмен с волосами, как пух чертополоха, и Король-ворон — тому подтверждение. Кларк пытается обойти эту сложность, передавая правосудие и власть над Волшебной Страной в человеческие руки, но уловка положения не спасает. Неведомые поля — это иное, сущностно иное.

И вторая — нет, не ошибка, а неотъемлемая черта как финала, так и романа в целом: в нем нет места человеческой воле. Магия творится помимо людей, у которых попросту нет выбора. Это не метафора, не проблема, это… фэнтези.

Такова книга Сюзанны Кларк; и поэтому для меня она — разочарование. Несмотря на все очевидные и несравненные достоинства.

И, конечно же, о переводе. Читается он легко, хотя назвать его стиль стилем Остин я бы затруднился (особенно это касается диалогов, которые в оригинале куда более чопорны). Беда, что переводчики М.Клеветенко и А.Коноплев систематически искажают текст (редактор Е.Доброхотова-Майкова). Это тем обиднее, что многое в переводе передано хорошо. Но хорошо то, что _переведено_, а не _пересказано_. Переводчики подгоняют текст под некий усредненный литературный стиль и зачастую просто выбрасывают то, что им кажется лишним, а на деле составляет самую суть писательской манеры Сюзанны Кларк. Только один пример — крайний, но показательный. В оригинале: «Childermass smiled a long smile that went all up one side of his face». В переводе: «Чилдермас улыбнулся».

Словом, если у вас есть такая возможность — читайте оригинал. Потому что роман Сюзанны Кларк — событие, которое пропустить нельзя. А дальше — делайте собственные выводы.